Картонный герой: приём или недосмотр
Последние недели у меня как-то сами собой получились подряд книги, где персонажи — не живые люди, а фигурки. И я всё думала: почему у Набокова это меня огорчило, но не возмутило, а у Донцовой просто утомило? Ведь по сути жалоба одна: «герои картонные». Привычка учителя — разобраться и объяснить, так что объясняю самой себе, заодно и вам.
В «Короле, даме, валете» Набоков, по-моему, делает своих героев куклами нарочно. Они двигаются по сцене, а он, как кукловод, посмеивается над их обывательским счастьем и обывательскими страстями. Фразы при этом такие, что я по привычке тянулась за тетрадью, куда выписываю примеры для уроков. Поставила я роману тройку, потому что мне не хватило человечности, но я вижу: это решение, а не оплошность. Картон там выкрашен рукой мастера. Можно с этим спорить, можно не любить, но язык убеждает, что так было задумано.
В «Астральном теле холостяка» Донцовой картонность другая. Героев не сделали куклами, их просто не успели сделать никем. Фотография с надписью «Том, Гном, Бом, Слон и Лошадь. Мы победим!» — хорошая загадка, а люди вокруг неё как будто стоят в очереди за репликой. И язык не спасает: «маменька» там не стилизация, а ошибка вкуса. Разница, как я её для себя сформулировала, такая: у Набокова картон — это манера, у Донцовой — отсутствие манеры.
А теперь о живых. Когда я перечитываю «Белые ночи», меня раздражает Мечтатель, и это, пожалуй, лучший комплимент автору. Раздражаться можно только на того, кто существует. Ученики мои его тоже не любят, но поднимают руки и спорят, жалеть его или встряхнуть. Литература, которая заставляет спорить о герое как о соседе, свою работу сделала.
То же в «Доходном месте». Жадов у Островского ведь не образец добродетели, он честный, но неудобный, и мне до сих пор не вполне ясно, как к нему относиться. Юсов, напротив, почти карикатура, и всё же смеются над ним в десятом классе так, будто видели его на прошлой неделе в какой-нибудь приёмной. Значит, и условность бывает живой, если за ней стоит наблюдение, а не лень.
Вывод у меня скромный, зато проверенный на практике. Картон не всегда порок. Плохо, когда автор не знает, зачем он картонный: ради насмешки, ради схемы или просто потому, что некогда было думать. Когда я проверяю сочинения, то спрашиваю ученика примерно то же: «Ты хотел так написать или так получилось?» Книги, кстати, сдают этот экзамен честнее детей.
Отмечено в записи
Комментарии 2
Войдите, чтобы оставить комментарий.