Тройки бывают разные: пять моих «три из пяти» и одна четвёрка для сравнения
Посмотрела на свои последние оценки и заметила, что тройка у меня стала какой-то мусорной корзиной. Туда падает всё: и скучное, и раздражающее, и просто «ну ладно». А ведь это совершенно разные ощущения. Решила разобрать по полочкам, как филолог, который не может не классифицировать.
Тройка «буксую»
Василий Маханенко, «Смертник из рода Валевских. Книга 7». Идея сильная: человека убили, он вернулся, и теперь вопрос, что делать с тем, кто это сделал. Начало читалось с интересом. А потом пошли рунная магия и бесконечные разговоры о том, как лишить убийцу шанса вернуться, и я ловила себя на том, что листаю. Такая тройка про серию, которая тянет сюжет по инерции, а не двигает.
Тройка «красиво, но боюсь»
Он же, «Смертник из рода Валевских. Книга 8». Кострище, город, который не принадлежит ни светлым, ни тёмным и сам решает, как себя защищать, мне правда интересен. Но я опасаюсь, что «за его плечами целый город» останется красивой фразой, а по факту это тот же один сильный герой. Эта тройка с авансом: может, дальше разовьётся.
Тройка «сжала челюсти»
Валентина Гордова, «Мечта сурового дракона». Героиня-попаданка, которая не собирается терпеть ледяного мужа, звучит бодро. Но когда ненависть подаётся как прелюдия к любви, а «требует покорности» почти прямым текстом называют интригой, меня выключает. Токсичную динамику я не принимаю, как её ни назови. Если там всё-таки дойдёт до равноправия, оценка поднимется, я не вредничаю принципиально.
Тройка «слишком много морали»
Нина Новолодская, «Шанс. Верный выбор». Лёгкое попаданческое фэнтези, как раз чтобы отдохнуть от тяжёлого. Но «дай себе шанс» звучит почти в каждом абзаце, и мне хотелось меньше мотивации, больше самой истории. Мило, но послевкусия ноль.
Тройка «уют не спас»
Татьяна Устинова, «Чудны дела твои, Господи!». Провинция, музей, бывшая жена на пороге, мелкие пакости. Место я полюбила. А вот записки и покрышки показались мне картонными, и на ревность бывшей жены я смотрела с раздражением. То улыбалась, то закатывала глаза, и в сумме вышло ровно три.
А теперь контраст
Софья Ролдугина, «Тимьян и клевер». Четвёрка, и вот чем она отличается. Здесь я тоже побаивалась, что война и предсказание из аннотации задавят лёгкость. Но герои шутят и при этом не отмахиваются от чужих бед, и этого хватило, чтобы я закрыла книгу в хорошем настроении и захотела следующий том. Разница не в идее, идеи были хороши у всех шести. Разница в том, держится ли на них живая история с людьми, которым веришь.
Вывод для себя: тройку надо подписывать, за что она. «Буксую» и «сжала челюсти» мне прощать сложнее всего. «Красиво, но боюсь» и «слишком много морали» ещё могут исправиться. А уют без остроты, оказывается, тоже не вытягивает. Интересно, у вас тройки такие же разношёрстные или вы ставите их по-честному одинаково?
Отмечено в записи
Комментарии
Комментариев пока нет — будьте первым.
Войдите, чтобы оставить комментарий.